Цена 1 часа рабочей силы, как правило снижается.

III - СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ И КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Материал из m-17.info

(Различия между версиями)
Перейти к: навигация, поиск
Строка 2: Строка 2:
<small>/ [[Движение]] / [[Концепция жизнеустройства]] / [[Манифест Коммунистической партии]] /</small>
<small>/ [[Движение]] / [[Концепция жизнеустройства]] / [[Манифест Коммунистической партии]] /</small>
--------
--------
-
[[Манифест Коммунистической партии|МАНИФЕСТ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ]]
+
'''[[Манифест Коммунистической партии|МАНИФЕСТ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ]]'''
-
[[I - БУРЖУАЗИЯ И ПРОЛЕТАРИАТ]]
+
Раздел [[I - БУРЖУАЗИЯ И ПРОЛЕТАРИАТ]]
-
[[II - ПРОЛЕТАРИИ И КОММУНИСТЫ]]
+
Раздел [[II - ПРОЛЕТАРИИ И КОММУНИСТЫ]]
'''III - СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ И КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА'''
'''III - СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ И КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА'''

Версия 16:19, 5 апреля 2018


/ Движение / Концепция жизнеустройства / Манифест Коммунистической партии /


МАНИФЕСТ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ

Раздел I - БУРЖУАЗИЯ И ПРОЛЕТАРИАТ

Раздел II - ПРОЛЕТАРИИ И КОММУНИСТЫ

III - СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ И КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. – Реакционный социализм

A – Феодальный Социализм

Отдавая должное своему историческому положению, он стал выходным днём для аристократов Франции и Англии для того, чтобы писать брошюры против современного буржуазного общества. Во Французской Революции в июле 1830, и в Английской реформистской агитации[A], эти аристократы снова не могут устоять от позорных выскочек. С тех пор, серъёзная политическая борьба в целом за пределами их вопросов. Одна литературная борьба осталась возможной. Но даже в литературе старый плач о реставрации прошедшего стал невозможным(1).

Для того, чтобы поднять к себе симпатию, аристократия была обязана утерять свою сторону, очевидно, отставив свои собственные интересы, и сама сформулировать приговор, направленный против буружазии в интересах только одного эксплуатируемого класса. Так, аристократия взяла свой реванш подписав пасквиль её нового начальства для нашёптывания в уши греховных проповедей о грядущей катастрофе.

Таким путём вырос Феодальный Социализм: наполовину похоронка, наполовину пасквиль; наполовину эхо прошедшего, наполовину угроза будущему; во времена, самые горькие, его остроумного и резкого критицизма, парализуя буржуазию в самом её сердце; но всегда нелепый в его действии, через тотальную невозможность принятия марша современной истории.

Аристократия, с целью привлечения людей к себе, развернула пролетарский мешок подаяний перед вывеской. Но люди, часто присоединяющиеся к ней, видя в её штабе старые феодальные ручки и краску, заслуживают громкого и неуважительного смеха.

В частях Французского Легитимизма и Новизны Англии изложен этот спектакль.

В выпячивании того, что их способ эксплуатации отличается от способа буржуазии, феодалисты забывают, что они эксплуатируют под обстоятельствами и условиями, которые значительно отличаются и сейчас являются вообще


[A] Ссылка на движение за реформы избирательного права, которое под давлением рабочего класса было одобрено Британским Общественным Домом (British House of Commons) в 1831 и финально принято Домом Лордов (House of Lords) в июне 1832г. Эта реформа была направлена против монопольного статуса, данного финансовой аристократии, и открыла путь к парламенту для представителей промышленной буржуазии. Ни одному рабочему, ни одному мелкому буржуа так и не было дано право избираться, несмотря на все заверения что они его получат.

1. Not the English Restoration (1660-1689), but the French Restoration (1814-1830). [Engels, 1888 German Edition] антикварными. В демонстрации этого, по таким правилам современный пролетариат никогда не существовал, они забывают, что современная буржуазия если будет необходимо сама выпрыгнет из своей собственной формы общества.

Напоследок, они настолько мало скрывают реакционный характер своего критицизма что их основное обвинение против буружазии только добавляется к ней, под буржуазным режимом был создан класс, который предназначен для того, чтобы срезать корни и окружающее в старом порядке общества.

В чём они упрекают буржуазию, так это не в таком большом, а только в том, что она создаёт не обычный пролетариат, а именно революционный пролетариат.

Поэтому в политической практике они принимают участие во всех насильственных мероприятиях против рабочего класса, а в обыденной жизни, вопреки всей своей напыщенной фразеологии, не упускают случая подобрать золотые яблоки индустрии и променять верность, любовь и честь на барыш от торговли овечьей шерстью, бурячихой и водкой.(2)

Подобно тому, как поп всегда шёл рука об руку с феодалом, поповский социализм идет рука об руку с феодальным социализмом.

Нет ничего легче, как придать христианскому аскетизму социалистический оттенок. Разве христианство выступало против частной собственности, против брака, против государства? Разве оно не проповедовало благотворительность и нищенство, безбрачие и умерщвление плоти, монастырскую жизнь и материнскую церковь? Христианский социализм - это лишь святая вода, которой поп кропит сердечную злобу аристократа.

B – Мелкобуржуазный Социализм

Феодальная буржуазия была не одним классом, разрушенным буржуазией, не только тем классом, который в своих условиях существования и зачах, погиб в атмосфере современного буржуазного общества. Средневековые горожане и мелкие крестьянские хозяева были предшественниками современной буржуазии. В тех странах, которые менее развиты индустриально и коммерчески, эти два класса продолжали прозябать рядом с поднимающейся буржуазией.

В странах, где современная цивилизация стала полностью развитой, сформировался новый класс мелкой буржуазии, колеблющийся между пролетариатом и буржуазией, и даже обновляющий сам себя, как определённая часть современного буржуазного общества. Но индивидуальные участники этого


2. Это аппеллирует главное к Германии, где земельная аристократия и аграрные помещики имеют большие доли их владений, обрабатываемых для своей собственной пользы с помощью управлящих, и которые, более того, имеют расщиренные самогонные и дистилляционные картофельно-спиртовые заводы. Чем богаче Британская аристократия, пока не достигшая больших вершин; но она также что-то хочет сделать для уменьшения ренты, давая свои имена плавающим или более или менее подозрительным акционерным компаниям. [Engels, 1888 German Edition] класса, однако, постоянно стягиваются вниз к пролетариату свободной конкуренцией, и, с развитием современной индустрии, они даже иногда видят приближающийся момент, когда они полностью исчезнут как независимая часть современного общества, для того, чтобы быть заменённым на фабриках, в аграрном секторе и в коммерции, надсмотрщиками в виде судебных исполнителей и наёмных служащих.

В странах, как Франция, где крестьянство составляет гораздо большую часть популяции, было естественным появление писателей, которые, встав на сторону пролетариата против буржуазии, должны были использовать в своей критике буржуазного режима стандарты крестьянина и мелкой буржуазии, и, исходя из точки зрения этих стандартов, начали решать головоломные задачи вместо рабочего класса. Так вырос мелко-буржуазный социализм. Сисмонди был главой этой школы не только во Франции, но и в Англии.

Эта школа социализма резко рассекает противоречия в условиях современного производства. Она разоблачает лицемерные извинения экономистов. Она неоспоримо доказывает разрушительный эффект машинного производства и разделения труда; концентрацию капитала и земли в нескольких руках; перепроизводство и кризисы; она указывает на неизбежное уничтожение мелкой буржуазии и крестьянства, нищету пролетариата и анархию производства, вопиющее неравенство в распределении богатства, истребительную межнациональную промышленную войну, ликвидацию старых моральных устоев, старых семейных отношений, старых национальностей.

В своих позитивных целях, однако, эта форма социализма стремится развить либо восстановить старые способы производства и обмена, а вместе с ними и старые отношения к собственности, и старое общество, или вновь втискивает современные значения производства и обмена в рамки старых отношений к собственности, которые уже были, и были закреплены тем, что взорвали все их значения. В любом случае, две эти стороны реакционны и утопичны.

В последних словах это: корпоративные гильдии мануфактур; патриархальные отношения в сельском хозяйстве.

Главное, когда подбиваешь исторические факты, они рассеивают весь опьяняющий эффект самообмана, эта форма социализма закончилась как ничтожный пережиток прошлого.

С – Немецкий или "истинный" Социализм

Социалистическая и коммунистическая литература Франции, литература, которая возникла под давлением господствующей буржуазии, и являющаяся литературным выражением борьбы против этого господства, была представлена Германии в то время, когда в этой стране буржуазия только начала свою борьбу против феодального абсолютизма.

Немецкие философы и лица, возомнившие себя философами, любители умных выражений, жадно ухватились за эту литературу, позабыв однако-то, что когда эти писания иммигрировали из Франции в Германию, Французские социальные условия не переехали вместе с ними. В контакте с Немецкими социальными условиями, эта Французская литература потеряла всю её непосредственную практическую значимость, приняв чисто литературный аспект. Так, для немецких философов XVIII века, требования первой французской революции были ни чем иным как требованиями в “практическом смысле” вообще, и крайние желания французской революционной буржуазии подписали, в их глазах, закон чистого желания, или желания как оно должно было бы быть, правдивого человеческого желания вообще.

Работа немецких литераторов состояла исключительно в том, чтобы привести новые французские идеи в гармонию со своим прошедшим философским сознанием, или, вернее, в том, чтобы присвоить французские идеи без понимания их собственной философской точки зрения.

Это присвоение произошло таким же образом, каким вообще усваивают иностранный язык, точнее, путем перевода.

Всем хорошо известно, как монахи написали нелепые жизнеописания католических святых поверх настоящих древних манускриптов, написанных руками и содержавших классические произведения языческой древности. Немецкие литераторы повторили этот процесс в обратном порядке с профанистской французской литературой. Философский нонсенс они дописали внизу французского оригинала. Например, внизу французской критики экономических функций денег, они вписали "Отчуждение Человечности", а внизу под французской критикой буржуазного государства -они дописали - "Упразднение Категорий Всеобщего" и т. д.

Представление этих философских фраз позади французского исторического критицизма они окрестили "философией действия", "истинным социализмом", "немецкой наукой социализма", "философским обоснованием социализма" и т. д.

Французская социалистическая и коммунистическая литература была таким образом полностью выхолощена. С момента, когда она осела в руках немцев для выражения борьбы одного класса с другим, то немцы были убеждены в том, что они поднялись выше "французской односторонности" и отстаивают не истинные потребности, а потребности в истине; не интересы пролетариата, а интересы человеческой натуры, человека вообще, который не принадлежит ни к какому классу, не имеет реальности, который существует только в туманных небесах философской фантазии.

Такой немецкий социализм, считавший свои беспомощные ученические упражнения столь серьезными и важными и так крикливо их рекламировавший, потерял мало-помалу свою педантическую невинность.

Борьба немецкой, и особенно прусской, буржуазии против феодальной аристократии и абсолютной монархии -- одним словом либеральное движение -- становилась все серьезнее.

Так вот, долгоожидаемая возможность представилась для "Истинного" социализма войти в конфронтацию с политическим движением с социалистическими требованиями, вытянув традиционную анафему против либерализма, против представительного правительства, против буржуазной конкуренции, буржуазной свободы прессы, буржуазного права, буржуазной свободы и равенства, и проповедывать народной массе то, что она ничего не выиграет, и потеряет всё, путём этого буржуазного движения. Немецкий социализм забыл, с течением времени, что французский критицизм, жалким эхом которого он был, предрёк существование современного буржуазного общества, с соответствующими ему экономическими условиями существования, и приспособленной к этому политической конституцией, т. е. как раз все вещи, достижение которых было объёктом идущей борьбы в Германии.

Для абсолютного правительства, с их свитой попов, профессоров, государственных чинуш и официальных лиц, он служил как доброжелательное пугало против угрожающей буржуазии.

Он был подслащенным завершением, после горечи плетей и летящих ружейных пуль, которыми эти самые правительства прямо тут же, усмиряли подъём Немецкого рабочего класса.

Пока этот "истинный" социализм таким образом служил правительству как оружие для борьбы с Немецкой буржуазией, он в тоже самое время, непосредственно представлял реакционные интересы, интересы Немецкого обывателя. В Германии мелко-буржуазный класс, реликвия XVI века, и с того времени постоянно проявляющийся в разных формах, явился действительным социальным базисом существующего положения вещей.

Сохранение этого класса есть сохранение существующего порядка вещей в Германии. Промышленное и политическое господство буржуазии запугивает её уверенным разрушением, с одной стороны, от концентрации капитала; с другой, от подъёма революционного пролетариата. “Истинный” Социализм появился для убийства этих двух птиц одним камнем. Он распространился как эпидемия.

Облачённый в спекулятивную паутину, расшитый цветами красноречия, пропитанный слезами слащавой сентиментальности, это трансцедентное облачение, в которое Немецкие Социалисты завернули их прощения "вечных истин", всё это только кожа да кости, служащие для чудесного увеличения продаж вещей среди людей.

Со своей стороны, немецкий социализм признаёт всё больше и больше свое собственное высокопарное представительство мелко-буржуазного обывателя.

Он провозгласил немецкую нацию образцовой нацией, а немецкого мелкого обывателя как типичного человека. Каждой низости этого образцового человека он придавал скрытое возвышение, Социалистическую интерпретацию, аккуратно противоположную его реальному характеру. Он ушёл экстремально далеко в оппозиции к “грубо-разрушительным” тенденциям Коммунизма и возвестил о величии беспристрастного содержания над любой классовой борьбой. За весьма немногими исключениями, все так называемые Социалистические и Коммунистические публикации, сегодня (1848г.) циркулирующие в Германии, принадлежат к области этой грязной и слабой литературы.

2 - КОНСЕРВАТИВНЫЙ, ИЛИ БУРЖУАЗНЫЙ, СОЦИАЛИЗМ

Часть буржуазии желает исправить общественное недовольство для того, чтобы упрочнить продолжение существования буржуазного общества.

К этой части относятся экономисты, филантропы, поборники гуманности, улучшатели условий рабочего класса, организаторы благотворительности, члены обществ покровительства животным, фанатики трезвости, мелкотравчатые реформаторы любых воображаемых видов. Эта форма социализма, более того, разрабатывается в целую систему.

В качестве примера этой формы возьмём "Философию нищеты" Прудона.

Социалистически настроенная буржуазия желает всех преимуществ современных общественных условий без борьбы и опасностей, вытекающих их неизбежным результатом. Она желает существующего положения общества, за минусом его революционных и дезинтегрирующих элементов. Она хочет буржуазии без пролетариата. Буржуазия натурально скрывает мир, в котором она главенствует, для собственного лучшего; и буржуазный Социализм разрабатывает эту комфортабельную концепцию в различные более или менее полные системы. В требованиях к пролетариату, чтобы проводить такую систему, таким образом маршем идя прямо к обществу Нового Иерусалима, которое правда в реальности требует, что пролетариат должен оставаться в размерах связей существующего общества и должен отбросить все его ненавистные идеи относительно буржуазии.

Другая, более практическая, но менее системная форма этого Социализма, служит для уменьшения каждого революционного движения в глазах рабочего класса, демонстрируя отсутствие границ политических реформ, но только изменение в материальных условиях существования, в экономических отношениях, несёт возможное преимущество им. Изменяя материальные условия существования, эта форма Социализма, однако, никаким путём не понимает избавления от буржуазных отношений в производстве, избавления, которое может быть эффектным только путём революции, но административные реформы, базирующиеся на продолжающемся существовании таких отношений; реформы, поэтому, которые не уважают и не эффективны для отношений между капиталом и трудом, но, в лучшем случае, уменьшающие стоимость и упрощающие административную работу буржуазного правительства.

Буржуазный Социализм добивается адекватных выражений тогда и только тогда, когда он становится частью оборота ораторской речи.

Свободная торговля: в интересах рабочего класса. Защитные таможенные пошлины: в интересах рабочего класса. Реформа тюрем: в интересах рабочего класса. Вот самое последнее слово и единственно слово, высказанное всерьез буржуазным социализмом.

Он суммируется фразой: буржуазия остаётся буржуазией – в интересах рабочего класса.

3. КРИТИКО-УТОПИЧЕСКИЙ СОЦИАЛИЗМ И КОММУНИЗМ

Мы не ссылаемся здесь на ту литературу, которая во всех великих современных революциях постоянно говорила о требованиях пролетариата, такую как сочинения Бабефа ( Babeuf ) и других.

Первые прямые попытки пролетариата достижения своих и только своих целей были сделаны ещё во времена всеобщего возбуждения, когда феодальное общество было ниспровергнуто, они неизбежно неудались по причинам тогдашнего состояния неразвитости пролетариата, также как и вследствие отсутствия экономических условий для его эмансипации, такие условия ещё не созданы и могут быть созданы только с приближением буржуазной эпохи. Революционная литература, сопровождавшая тогда эти первые движения пролетариата, уже имела необходимый реакционный характер. Она насаждает всеобщий аскетизм и общественные уровни в их грубейшей форме.

Тогдашние Социалистическая и Коммунистические системы, правильно называемые как Сен-Симона (Saint-Simon), Фурье (Fourier), Оуэна (Owen) и других, внезапно появились и начали существовать в ранний недоразвитый период, изложенный выше, период борьбы между пролетариатом и буржуазией (см. Часть – I, Буржуазия и пролетариат).

Создатели этих систем видели, наверняка, классовые антагонизмы, так же хорошо, как и действие разрушительных элементов в господствующей форме общества. Но пролетариат, так же как и его ранний возраст, предлагал им классовый спектакль без всяких исторических инициатив или любых независимых политических движений.

Со времён развития классовые антагонизмы занимают равные места с развитием промышленности, экономической ситуации в их положении, но пока ещё не предлагают им материальные условия для эмансипации пролетариата. Поэтому они искали эти условия в новых общественных науках, в новых социальных законах, искали всё то, что создаёт такие условия.

Исторические события уступают их внутреннему изобретательному действию; исторически создав условия эмансипации до фантастических размеров; и градационной; спонтанная классовая организация пролетариата в организацию общества, специально раздутого этими изобретательными действиями. Будущая история разрешает это, в её глазах, путём пропаганды и практически распространяя общественные планы.

В формировании этих планов, они обеспокоены проведением главного в интересах рабочего класса, как наиболее страдающего класса. Только с точки зрения бытия как наиболее страдающий класс пролетариат и существует для них.

Недоразвитая форма классовой борьбы, так же как и собственное окружение, приводят Социалистов этого вида к тому, что они считают себя высоко превосходящими над всеми классовыми антагонизмами. Они хотят улучшить условия каждого члена общества, даже тех, кто в самом лучшем положении. Поэтому, они постоянно апеллируют к большинству общества, без разделения классов; может быть даже преимущественно к правящему классу. Но как могут люди, однажды, когда они поняли всю систему, грубо не увидеть в ней лучший возможный план самого лучшего положения общества?

Поэтому, они отвергают все политические и в особенности все революционные действия; они хотят достигнуть своих конечных целей мирным путем, обязательно попав под проклятую ошибку, и посредством силы примера, прокладывают дорогу к новому общественному Евангелию.

Такая фантастическая картина будущего общества написана в то время, когда пролетариат еще находится в очень неразвитом состоянии и имеет только фантазию концепции своего собственного положения, корреспондирующую с первоначальными выгодами своего класса для всеобщей реконструкции общества.

Но эти Социалистические и Коммунистические публикации содержат также и элемент критики. Они нападают на все принципы существующего общества. Поэтому в них полно наиболее ценного материала для просвещения рабочего класса. Практические меры, предлагаемые в них – такаие как уничтожение различий между городом и деревней, семьи, работы промышленности для пользы частных индивидуалов, системы оплаты труда, провозглашение социальной гармонии, конверсия функций государства в надзор над производством, - все эти предложения наводят исключительно на устранение существующих классовых антагонизмов, в это время, снимая урожай, в котором в этих публикациях узнаются только ихние ранние, неясные и неопределённые формы. В таком положении эти предложения, поэтому, имеют чисто Утопический характер.

Значительность критически-утопического социализма и коммунизма несёт противоположные отношения к историческому развитию. В пропорциях, когда современная классовая борьба развивается и набирает определённость формы, они фантастически стоят отдельно от сравнения, такие фантастические атаки теряют всякую практическую ценность и все теоритические основания. Поэтому, несмотря на создателей такой системы и их положение, во многих случаях правильных, революционных, они учат иметь в каждом случае сформированное значение реакционной секты. Они говорят быстро о первоначальном взгляде их руководителей, в оппозиции к прогрессивному историческому развитию пролетариата. Они, поэтому, стараются, и делают это постоянно, умертвить классовую борьбу и примирить классовые антагонизмы. Они продолжают мечтать об экспериментальной реализации их социальных утопий, находя изолированные “фаланстерии”, создавая “Домашнии Колонии”, или создавая “Малую Икарию” (Little Icaria) - малоразмерное книжное издание Нового Иерусалима, для реализации всех этих воздушных замков они вынуждены апеллировать к чувствам и кошелькам буржуазии. По уровню, они тонут в категориях реакционности или консерватизма социалистов, нарисованных выше, отличаясь от них только более системным педантизмом, и их фанатической и подозрительной верой в чудесный эффект их общественной науки.

Они, поэтому, преступно грубо оппонируют ко всем политическим действиям со стороны рабочего класса; такое действие, согласно им же, может только привести к слепому недоверию в это новое Евангелие.

Оуэнисты (Owenites) в Англии, и Фурьеристы (Fourierists) в Франции, соответственно, против Чартистов (Chartists) и реформистов (Reformisters).


3. Революционный шторм 1848 года полностью уничтожил все убогие тенденции и вылечил его главных героев от желания побарахтаться в социализме. Главным представителем и классическим типом этих тенденций является Мистер Карл Груен (Mr. Karl Gruen). [Engels, 1888 German Edition] 4. Фаланстеры (Phalansteres) это название Социалистических колоний по плану Социалиста утописта Чарльза Фурье (Charles Fourier); Икария (Icaria) это название, данное Кабетом согласно произведения Утопия (Utopia), а позже и его Американской Коммунистической Колонии. [Engels, 1888 German Edition] “Домашние колонии” (Home Colonies) были тем, что Оуэн (Owen) называл его Коммунистической моделью общества. Фаланстериями назывались места публичного проживания согласно планов Фурье. Икария это воображаемое название, данное Утопической земле, Коммунистический институт которой представлялся в виде Кабета (Cabet). [Engels, 1890 German Edition]

IV - ПОЗИЦИЯ КОММУНИСТОВ В ОТНОШЕНИЯХ С РАЗЛИЧНЫМИ СУЩЕСТВУЮЩИМИ ОППОЗИЦИОННЫМИ ПАРТИЯМИ

Часть - II сделала прозрачным отношение коммунистов к существующим партиям рабочего класса, таким как Чартисты в Англии и Аграрные Реформаторы в Америке.

Коммунисты борются во имя самых ближайших целей, для усиления моментальных интересов рабочего класса; но в движении сегодняшнего дня они также заботятся и о будущем своего движения. Во Франции Коммунисты объединяются с Социал-Демократами(1) против консервативной и радикальной буржуазии, оставляя однако за собой право занимать критическую позицию по отношению к фразам и иллюзиям, традиционно передаваемым со времён большой революции.

В Швейцарии они поддерживают Радикалов, не теряя из виду того факта, что эта партия состоит из антагонистических элементов, частью из Демократических Социалистов, во Французском понимании, частью из радикальной буржуазии.

В Польше они поддерживают партию, которая ставит аграрную революцию главным условием для национальной эмансипации, ту самую партию, которая сформировала Краковское восстание в 1846 году.

В Германии они борются вместе с буржуазией всякий раз, когда та действует революционным путём против абсолютной монархии, феодального землевладения и мелкой буржуазии.

Но они никогда не прекращают, даже ни на минуту, разъяснять рабочему классу как можно более прозрачное определение враждебных антагонизмов между буржуазией и пролетариатом, с этой целью Немецкие рабочие могут прямо сейчас использовать такое большое количество оружия в виде социальных и политических условий против буржуазии, что буржуазия будет обязана самостоятельно заявить о своём господстве, с той целью, что после падения реакционных классов в Германии сможет начаться борьба против самой буржуазии.

Коммунисты обращают своё внимание в основном на Германию, потому что эта страна находится накануне буржуазной революции, которая обязательно состоится на более продвинутых условиях Европейской цивилизации с намного более развитым пролетариатом, чем в Англии в семнадцатом и во Франции в восемнадцатом столетиях, потому что буржуазная революция в Германии будет только прелюдией к немедленно следующей пролетарской революциии.

Одним словом, Коммунисты повсюду поддерживают каждое революционное движение, направленное против существующего общественного и политического строя.

Во всех этих движениях они выдвигают вперёд, как главный вопрос в каждом, вопрос о собственности, независимо от того, какой уровень его развития соответствует этому времени.

Наконец, они объединяют свои усилия повсюду для объединения и соглашения всех демократических партий всех стран.

Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты только насильственным свержением всего существующего общественного строя. Дайте правящему классу содрогнутся перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего терять кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир.

Рабочие Люди Всех Стран, Объединяйтесь ! *

Используемая литература:

Манифест: http://www2.cddc.vt.edu/marxists/archive/marx/works/1848/communist-manifesto/ch01.htm

Словари: http://multilex.meta.ua/


1. Партия, которую представляет в парламенте Ледру-Ролин (Ledru-Rollin), в литературие Луис Бланк (Louis Blanc), в ежедневной прессе изданием Реформа (Reforme). Название Социал-Демократы есть подписью её создателей, отделения Демократической или Республиканской Партий более или менее склонных к социализму. [Engels, 1888 English Edition]

  • Наиболее известная фраза этого Манифеста “Рабочие Всех Стран, Объединяйтесь!”, в оригинале Немецкого издания под редакцией Маркса: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь” (Proletarier aller Lander, vereinigt euch!). “Рабочие всего Мира, Объединяйтесь. Вам нечего терять кроме своих цепей!” (Workers of the World, Unite. You have nothing to lose but your chains!) также популярная фраза из трёх последних предложений, встречающаяся часто, не пока ещё не найденная ни в одном официальном переводе. Однако в связи с тем, что этот Английский текст был написан Энгельсом, я оставил его первозданное значение как “Рабочие Люди Всех Стран, Объединяйтесь!” (Working Men of All Countries, Unite!).

За автором сохранены авторские права


Личные инструменты