Цена 1 часа рабочей силы, как правило снижается.

I - БУРЖУАЗИЯ И ПРОЛЕТАРИАТ

Материал из m-17.info

Перейти к: навигация, поиск
...

/ Движение / Концепция жизнеустройства / Манифест Коммунистической партии /


I - БУРЖУАЗИЯ И ПРОЛЕТАРИАТ

История всего существующего общества является историей классовой борьбы. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, ремесленник и подмастерье, другими словами, угнетатель и угнетённый находятся в постоянной оппозиции один к другому, ведут непрерывную, то скрытую, то открытую борьбу, борьбу, которая всегда заканчивается или революционным переустройством всего общества, или простой гибелью борющихся классов. В предшествующие исторические эпохи мы находим почти повсюду сложное расчленение общества на различные сословия, с множественной градацией по социальным ранговым положениям. В Древнем Риме мы встречаем патрициев, рыцарей, плебеев, рабов; в средние века - феодальных господ, вассалов, цеховых мастеров, ремесленников, подмастерьев, крепостных, почти в каждом из этих классов - еще и дополнительные градации. Современное буружазное общество, вышедшее из руин феодального общества, не уничтожило классового антогонизма. Оно создало новые классы, новые формы угнетения, и поставило их на место старых. Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается, однако, простым элементом: она упростила классовые антагонизмы. Общество в целом все более и более раскалывается на два больших враждебных лагеря, на два больших класса которые стоят один против другого, - буржуазию и пролетариат. Из крепостных средневековья вышло население горожан ранних городов. Из таких горожан (burgesses) и развились первые элементы буржуазии (bourgeoisie).

1. Под буржуазией понимается класс современных капиталистов, владельцев общественных средств производства, предоставляющих оплату труда наёмным рабочим. Под пролетариатом понимается современный класс наёмных рабочих, которые, не владея собственными средствами производства, унижены настолько что должны продавать свой труд для того, что-бы выжить. [Engels, 1888 English edition]

2. Всё это записано в истории. В 1847 году, и ранней истории общества, общественная организация существовала до того, как была записана в историю, всегда, но ещё не была определена. С тех пор, когда August von Hasthausen (1792-1866) открыл общую собственность на землю в России, Georg Ludvig von Maurer провёл это в качестве общественного фундамента, что и начало тектоническую гонку в истории, и этим, была обнаружена сельская община, точнее это была примитивная форма общества, существовавшая везде от Индии до Ирландии. Внутренняя часть организации этого примитивного коммунистического общества ещё лежала нетронутой, в её типичной форме, пока Lewis Henry Morgan's (1818-1861) не сделал значительного открытия истинного происхождения генов и его отношения к образовавшемося роду. С разрушением примитивных общин, общество начало разделятся в отдельные и наконец антагонистические классы. Я попытался проследить за этим разрушением в работе The original of the Family, Private Property, and the State, second edition, Stuttgart, 1886. [Engels. 1888 English Edition and 1890 German Edition (with the last sentence omitted)].

3. Ремесленник, в понимании полного члена гильдии, мастера внутри её, но не председателя гильдии. [Engels. 1888 English Edition]

Открытие Америки и морского пути вокруг Африки создали новое поле деятельности для развивающейся буржуазии. Ост-индский и китайский рынки, колонизация Америки, торговля с колониями, увеличение количества средств обмена и товаров вообще придали коммерции, мореплаванию и промышленности невиданный до этого эмпульс, таким образом создав революционный элемент в распадавшемся феодальном обществе для последующего быстрого развития. Феодальная система организации промышленности, в которой промышленное производство было монополизировано закрытыми гильдиями, больше не могла удовлетворить спроса новых рынков. Её место заняла система мануфактур. Цеховые мастера были вытеснены в эту сторону промышленным средним классом; разделение труда между различными зарегистрированными гильдиями уступило место разделению труда внутри каждой отдельно взятой мастерской. Время шло, рынки продолжали расти, спрос все больше увеличивался. Даже мануфактура уже не могла больше его удовлетворить. Поэтому пар и машина революционизировали промышленность. Место мануфактуры заняла гигантская современная промышленность; место промышленного среднего класса заняли миллионеры-промышленники, лидеры целых промышленных армий, современная буржуазия.

Крупная промышленность создала мировой рынок, для которого открытие Америки вымостило путь. Этот рынок вызвал колоссальное развитие торговли, мореплавания и средств сухопутного сообщения. Такое развитие в свою очередь оказало воздействие на расширение промышленности; и в той же мере, в какой росли промышленность, торговля, мореплавание, железные дороги, развивалась буржуазия, она увеличивала свои капиталы и оттесняла на задний план каждый класс, унаследованный от средневековья.

Мы видим из сказанного, что современная буржуазия сама по себе является продуктом длительного развития и серии революций, прошедших в способах производства и обмена.

Каждый шаг в развитии буржуазии сопровождался соответствующим политическим успехом этого класса. Угнетение классов под господством феодалов, вооруженное и самоуправляющееся объединение в средневековой коммуне(4); то -- независимая городская республика (как это было в Италии и Германии); то - в других

4. Вначале это было название, которым называли пригородную общину жители городов Италии и Франции, позже эти общины выкупили и выпросили себе основные права самоуправления у своих феодальных лордов.

Коммуной (“Сommune”) позже во Франции стали назватся новообразующиеся города, ещё раньше того, когда они выпросили у феодальных лордов и управляющих права местного само-управления и политические права, называющиеся “Третьей собственностью”. Говоря в общем, в экономическом развитии буржуазии, даже Англия ведёт себя как типичная страна, также как и в политическом развитии Франции. [Engels. 1888 English Edition] местах это налогооблагаемая “третья собственность” монархии, как это было во Франции; после чего, в период мануфактуры, обслуживая полуфеодалов или монархию в противовес дворянству, и по факту, основа крупной монархии вообще, буржуазия имеет всё, начиная со времени установления современной промышленности и всемирного рынка, и завоевав для себя, в тепершнем государстве, эксклюзивное политическое господство. Современная государственная власть - это комитет, управляющий текущими делами всего класса буржуазии.

Буржуазия, исторически, сыграла наиболее революционную роль.

Буржуазия, повсюду, где она достигала господства, разрушала все феодальные, патриархальные, идиалистические отношения. Она безжалостно разорвала на части все пестрые феодальные связи, привязывавшие человека к его "естественным повелителям", и ничего не оставила между людьми, кроме голого индивидуального интереса, бессердечного "чистогана". Она утопила самый святой порыв религиозного экстаза, рыцарский энтузиазм, мещанскую сентиментальность, в ледяной воде эгоистического расчета. Она превратила личное достоинство в меновую стоимость и на место бесчисленных пожалованных и благо- приобретенных свобод поставила одну единственную бессовестную свободу – Свободной Торговли. Словом, эксплуатацию, прикрытую религиозными и политическими иллюзиями, она заменила голой, бесстыдной, отвратительно наглой эксплуатацией.

Буржуазия ободрала священный ореол с каждой должности, до тех пор почётной и смотрящейся с благоговейным трепетом. Она превратила врача, юриста, священника, поэта, учёного в простого наёмного работника.

Буржуазия сорвала с семейных отношений их трогательно-сентиментальный покров и свела их к чистым денежным отношениям.

Буржуазия показала, как можно обойти грубое проявление силы в средних веках, вызвав восхищение реакционеров, найдя себе естественное дополнение в лени и неподвижности. Она впервые показала, чего может достигнуть человеческая деятельность. Она создала чудеса, удивляющие больше, чем Египетские пирамиды, римские водопроводы и готические соборы; она совершила такой экспедиционный переход, который задвинул в серую тень все предыдущие переселения народов и крестовые походы. Буржуазия подчинила деревню под господство городов. Она создала огромные города, сильно увеличила численность городского населения по сравнению с сельским, и таким образом спасла значительную часть населения от идиотизма сельской жизни. Точно так же, как она сделала деревню зависимой от городов, от Востока до Запада, она превратила отсталые и полуотсталые страны в цивилизованные, нации крестьян в нации буржуазии.

Путём внедрения промышленного производства и собственности буржуазия продолжает дальше и дальше идти по пути уничтожения оторванных государств и их населения. Она сгустила население, централизовала средства производства и сконцентрировала всю собственность в руках очень немногих лиц. Необходимым следствием этого была политическая централизация. Независимые, или плохо связанные области, с различными интересами, законами, правительствами, и системами налогообложения, оказались сплоченными вместе в одну нацию, с одним правительством, с одним законодательством, с одним национальным классовым интересом, с одной границей и одной таможенной пошлиной.

Буржуазия, на протяжении менее чем ста лет господства, создала такие массивные и такие коллосальные производительные силы, чем все предшествовавшие поколения вместе взятые. Покорение сил природы человеком, машинное производство, применение химии в промышленности и земледелии, пароходство, железные дороги, электрический телеграф, очистка континентов под цивилизацию, приспособление рек для судоходства, целые массы населения словно вызванные из-под земли – какое из прежних столетий могло подозревать, что такие производительные силы дремлют в недрах общественного труда?

Итак, мы увидели: значение промышленности и обмена, на основе которых буржуазия создала саму себя, и которые были созданы феодальным обществом. На определённой стадии в развитии значения промышленности и обмена, на условиях, под которыми феодальное общество осуществляло производство и обмен, феодальная организация сельского хозяйства и промышленного производства, одним словом, феодальные отношения собственности стали более несовместимы с уже развитыми производительными силами; настолько они стали запутанны. Они должны были взрывом развить производство; и они взорвали его.

На их место шагнула свободная конкуренция, в сопровождении с социальным и политическим строем, принявшем её, экономическим и политическим господством класса буржуазии.

Подобное движение идёт перед вашими глазами. Современное буржуазное общество, с его отношениями производства, обмена и собственности, это общество, создавшее гигантское значение сути производства и обмена, сравнимое с чародеем, который уже не в состоянии более контроллировать внеземные силы, вызванные его заклинаниями. На протяжении многих десятилетий история промышленности и коммерции есть лишь историей возмущения производительных сил против современных условий производства, против таких отношений собственности, которые являются условием существования буржуазии и ее господства. Этого достаточно для того, чтобы вспомнить о коммерческих кризисах, которые, периодически возвращаясь, каждый раз ставят существование всего буржуазного общества под всё более опасное испытание. Во время кризисов разражается эпидемия, которая во всех предыдущих эпохах показалась бы абсурдностью, - это эпидемия перепроизводства. Общество неожиданно находит себя отброшенным назад к сосотоянию монетарной варварской отсталости; которое проявляется словно голод, всеобщей войной опустошения, лишающей снабжения каждое средство существования; промышленность и коммерция кажутся уничтоженными; и почему? Потому что слишком много цивилизованности, слишком много средств существования, слишком много промышленности, слишком много коммерции.

Производительные силы, как мусор общества, не имеют более тенденции к будущему развитию условий буржуазной собственности; в противоположность, они становятся слишком сильны для этих условий, находящиеся в распоряжении общества, не служат более развитию буржуазных отношений собственности; напротив, они стали непомерно велики для этих отношений, буржуазные отношения задерживают их развитие; и когда производительные силы начинают преодолевать эти преграды, они приводят в хаос все буржуазное общество, ставят под угрозу существование буржуазной собственности, они слишком сильно запутанны, и в зависимости от того, как они скинут эти путы, они приносят беспорядок всему буржуазному обществу и угрожают существованию буржуазной собственности вообще. Условия буржуазного общества слишком узки для вмещения богатства созданного им. Каким путем буржуазия преодолевает эти кризисы? С одной стороны, вынужденным уничтожением массы производительных сил; с другой стороны, путем завоевания новых рынков и более основательной эксплуатации старых. Это, так сказать, подготовка пути к ещё более расширенным и ещё более разрушительным кризисам, сильно уменьшая все превентивные кризису способы.

Оружие, которым буржуазия свергла феодализм, теперь направляется против самой буржуазии.

Но буржуазия не только выковала оружие, несущее ей смерть; она также породила существование людей, которые повернут против нее это оружие, -- современный рабочий класс, -- пролетариат.

В пропорции, в которой буржуазия, др. сл. капитал, развиваются, в такой же пропорции развивается современный класс пролетариата -- класс неквалифицированных рабочих, которые живут ровно до тех пор, пока могут найти себе работу, а те, кто нашли работу, ровно столько, пока их неквалифицированный труд увеличивает капитал. Эти рабочие, вынужденные продавать себя поштучно, являются таким же основным товаром, как любой другой предмет коммерции, и впоследствии подвержены всем злоключениям конкуренции, всем колебаниям рынка.

Вследствие возрастающего применения машин и разделения труда, труд пролетариев утратил всякий индивидуальный характер и, следовательно, всякую привлекательность для рабочего. Он становится придатком машины, и это только наиболее простые, наиболее монотонные и наиболее легко усваиваемые приемы работы, всё что от него требуется. Таким образом, стоимость производства ограничивается для рабочего, почти полностью, до уровня средств существования, которые необходимы ему только для содержания и продолжения рода. Но цена постоянного товара, и таким образом неквалифицированного труда, равна стоимости производства. В равной пропорции, по мере увеличения омерзительности труда уменьшается заработная плата. Более того, в равной пропорции по мере применения машин увеличивается разделение труда, в такой же пропорции увеличивается обуза тяжкого труда, путём удлинения рабочего дня, путём увеличения объёмов работ, ускорением хода машин и т.д.

Современная промышленность превратила маленькую мастерскую патриархального мастера в крупную фабрику промышленного капиталиста. Массы рабочих, скученных на фабрике, организованы словно солдаты. Как рядовые промышленной армии, они ставятся под управление отличной иерархии офицеров и сержантов. Они не только рабы класса буржуазии и буржуазного государства; они ежедневно и ежечасно порабощены машинами и надсмотрщиками, но самое главное, отдельно взятой личностью фабриканта буржуя. Чем более открыто такая деспотия провозглашает прибыль основной конечной целью и задачей, тем мелочнее, ненавистнее и более ожёсточённой она является.

Чем меньше умения и напряжённой силы нужно влкадывать в ручной труд, другими словами, чем более современная промышленность становится развитой, тем больше мужской труд вытесняется женским трудом. Различия пола и возраста не имеют больше определённого социального значения для рабочего класса. Все они являются инструментами низкоквалифицированного труда, дороже или дешевле в использовании, согласно полу и возрасту.

Не быстро заканчивается эксплуатация рабочего фабрикантом, когда наконец рабочий получает наличными свою зарплату, он оказывается подставленным под другую порцию буржуазии - домовладельца, магазинщика, ростовщика и т. д.

Низшие слои среднего класса – мелкие торговцы, магазинщики, рантье, мелкие промышленники, мелкие торговцы и рантье, ремесленники и крестьяне - все они постепенно тонут, опускаясь в ряды пролетариата, частью оттого, что их небольшого капитала недостаточно для масштаба, в котором работает современная промышленность, и они тонут в конкуренции с крупными капиталистами, частью потому, что их специализированные умения обесцениваются с освоением новых методов производства. Таким образом пролетариат комплектуется со всех классов населения.

Пролетариат проходит через различные ступени развития. С его рождения начиная борьбу с буржуазей. Сначала противостояние ведётся индивидуально каждым рабочим, затем рабочими одной фабрики, затем рабочими одной отрасли, затем в одной местности, против каждого отдельно взятого буржуя, который эксплуатирует их. Они направляют свои атаки не против буржуазных условий производства, а против промышленных орудий как таковых; они уничтожают вещи, конкурирующие с их трудом, они разбивают машины на куски, они поджигают фабрики, они силой пытаются восстановить утерянное положение рабочих средневековья.

На этой стадии рабочие продолжают формировать массу, рассеянную по всей стране, раздробленную их совместной конкуренцией. Когда где-либо они собираются в форму более компактного объединения, это не является следствием ихнего собственного активного объединения, а есть следствие объединения буржуазии, класс которой для достижения собственных политических конечных задач вынужден привести весь пролетариат в движение, более того, на всё время участия в нём. На этой стадии, таким образом, пролетариат не воюет со своими врагами, а с врагами своих врагов, с остатками абсолютной монархии, землевладельцами, непромышленными буржуа, мелкими буржуа. Так, все историческое движение сосредоточивается в руках буржуазии; каждая одержанная таким путём победа является победой буржуазии.

Но с развитием промышленности, пролетариат не только численно возрастает; он становится концентрированным в большую массу, его сила растет, и он все больше её ощущает. Различные интересы и условия жизни в рамках уровня пролетариата всё более и более уравниваются, в пропорциях, когда машины стирают все отличия простого труда, и почти везде уменьшая зарплату до одинаково низкого уровня. Возрастающая конкуренция среди буржуазии приводит к коммерческому кризису, делая зарплату рабочих всё более неустойчивой. Продолжающийся рост улучшения машин ещё больше ускоряет развитие, делая средства к существованию ещё более ненадёжными; столкновения между отдельным рабочим и отдельным буржуа все более и более принимают характер столкновения между двумя классами.

За этим, рабочие начинают сформировывать комбинационные (профсоюзные) действия против буржуазии; они сговариваются группами для сохранения хотябы существенного тарифа зарплаты; затем они составляют уже постоянные объединения с целью предусмотреть свое обеспечение средствами на случай возможных столкновений. Здесь и там противостояния переходят в восстания.

Сейчас и позже рабочие побеждают, но только на время. Реальный фрукт их борьбы состоит не в немедленном результате, а в ещё большем распространении объединения рабочих. Такому объединению помогают улучшенные средства коммуникации, созданные современной индустрией, что даёт рабочим из разных районов возможность контактировать с другими. Только этот контакт и был нужен для централизации многих очагов борьбы, всех одного характера, в одну национальную классовую борьбу. Но каждая классовая борьба есть борьба политическая. Вот это объединение, для достижения которого городские жители средних веков, со всеми их низменными целями, нуждались в многих столетиях, современный пролетарий отблагодарил железные дороги и достиг его всего за несколько лет.

Такая организация пролетариата в класс, и впоследствии в политическую партию, снова продолжает быть противопоставленной в конкуренции между самими рабочими. Но она поднимается опять, сильнее, надёжнее, мощнее. Она заставляет законодательно признать определённые интересы рабочих, используя преимущество наличия разделения в среде самой буржуазии. Вот таким образом и появился в Англии закон о десятичасовом рабочем дне.

Все вместе взятые столкновения между классами старого общества продвигались, разными путями, по курсу развития пролетариата. Буржуазия нашла себя вовлечённой в постоянную борьбу. Во-первых с аристократией; позже, с частями самой буржуазии, чьи интересы стали в антагонизм к прогрессу в промышленности; и всё время с буржуазией иностранных государств. Во всех этих битвах, она находила себя заставленной апеллировать перед пролетариатом, прося помощи, вот так, опять вытягивая его на политическую арену. Буржуазия сама по себе, этим обеспечивает пролетариат элементом политического и общего образования, другими словами, снабжает пролетариат оружием для борьбы против самой себя.

Далее, как мы видели, все секции правящего класса, путём развития промышленности, опускаются до уровня пролетариата или как минимум запуганы условиями его существования. Это также снабжает пролетариат свежим элементом просвещения и прогресса.

Окончательно, в момент, когда классовая борьба приближается к рещающему часу, прогресс разрушения уже идёт внутри правящего класса, фактически внутри всех границ старого общества, предполагая такой ослепительно насильственный характер, что малая часть правящего класса для спасения начинает плыть по течению и соединяется с революционным классом, с классом, который держит их будущее в своих руках. Только так, поэтому, в ранний период, часть правящего меньшинства пошла впереди буржуазии, поэтому сейчас часть буржуазии идёт впереди пролетариата, и в частности, часть буржуазных идеологов идёт вперёд, поднимая себя на уровень теоретического постижения исторического момента в целом.

Из всех классов, которые стоят лицом к лицу с буржуазией сегодня, только один пролетариат есть действительно революционный класс. Другие классы гниют и окончательно исчезают перед лицом современной промышленности; единственный пролетариат явлется их особенной и основной остающейся частью.

Низы среднего класса, мелкий производитель, магазинщик, ремесленник, крестьянин, все они борются против буржуазии, для спасения от исчезновения, сохранения своего существования как части среднего класса. Они поэтому не революционны, но консервативны. Даже более, они реакционны в их стремлении повернуть назад колесо истории. Если случайно они революционны, то только потому, что они увидели свой надвигающийся перевод в пролетариат; они поэтому защищают не своё настоящее, а свои будущие интересы, они заслуживают своего положения, которое ставит их туда-же, где и пролетариат.

“Страшный класс” [lumpenproletariat] общественные нечистоты, который пассивно разлагает массы выбросами самых низших слоёв старого общества, может, здесь и там, быть втянут в движение пролетарской революции; его условия жизни, однако, подготавливают их на будущее как части подкупного инструмента реакционных интриг.

В таких обстоятельствах пролетариата, все устои старого общества уже являются виртуально утопленными. Пролетарий не имеет собственности; его отношения к жене и детям уже не имеют ничего общего с отношениями в буржуазной семье; ручной труд в современной индустрии, современное порабощение капиталом, в Англии как и во Франции, в Америке, в Германии, стерли с него всякий след национального характера. Закон, мораль, религия, для него буржуазия уготовила немало предвзятостей, за которыми спрятан целый лес из буржуазных интересов.

Все предшествующие классы, завовевавшие господство, пытались упрочить уже приобретённый статус путём подчинения большей части общества их условиям присвоения. Пролетарии не могут стать хозяевами производительных сил общества, исключая изменение их собственного прежнего способа присвоения, это же относится и ко всем другим способам присвоения. У них нет ничего собственного для сохранения и усиления; их задача есть разрушение всей предыдущей безопасности, и страховки, частной собственности.

Все предыдущие исторические движения осуществлялись меньшинством, или в интересах меньшинства. Пролетарское движение есть самосознательное, независимое движение огромного большинства в интересах огромного большинства. Пролетариат, самый низший слой нашего современного общества, не может шелохнуться, не может поднять себя без того, чтобы все имеющиеся слои оффициального общества не взлетели бы на воздух.

Однако не по содержанию, а по форме, борьба пролетариата с буржуазией есть в первую очередь национальной борьбой. Пролетариат каждой страны обязан, конечно, вначале всего разрешить вопросы своей собственной буржуазии.

В описании наиболее главных фаз развития пролетариата, мы увидели след более или менее прикрытой гражданской войны, бушующей в существующем обществе, до момента, когда война вызывает всеобщую революцию, где неистовство ниспровергает буржуазию, оставляя лежать на основании господства пролетариата.

До сих пор каждая форма общества основывалась, как мы видели, на антагонизме угнетающих и угнетенных классов. Но для того, чтобы угнетать класс, необходимо обеспечить определённые условия на которых он сможет, по крайней мере, влачить свое рабское существование. Крепостной в крепостном периоде поднял себя до члена коммуны,(4) так же, как мелкий буржуа, под ярмом феодального абсолютизма, развиваясь, перешёл в буржуазию. Современный рабочий, в противоположность, вместо подъёма с прогрессом промышленности, тонет всё глубже и глубже, опускаясь ниже условий существования своего собственного класса. Он становится нищим, и нищета развивается быстрее роста населения и богатства. Поэтому становится очевидным, что буржуазия больше не может быть правящим классом в обществе, а только навязывает обществу свои условия существования как сверх-закон. Она не может больше править, потому как она некомпетентна в предоставлении уверенности существования её рабам в её рабском обществе, поэтому она не может помочь им, когда они тонут в таком государстве, которое должно кормить их, а вместо этого оно само кормится ими. Общество не может больше жить под буржуазией, другими словами, существование буржуазии больше не совместимо с существованием общества.

Значительным условием существования и господства класса буржуазии есть формирование и прирост капитала; условием существования капитала является наемный труд. Наемный труд держится исключительно на конкуренции между рабочими. Прогресс промышленности, невольным двигателем которого есть буржуазия, подменяет индивидуального рабочего, в связи с конкуренцией, революционной комбинацией объединения рабочих. Развитие современной промышленности, поэтому, рубит под своими ногами каждое основание, на котором буржуазия производит соответствующую продукцию. Так чтож тогда производит буржуазия, в первую очередь, это копателей своей собственной могилы. Её падение и победа пролетариата одинаково неизбежны.

II - ПРОЛЕТАРИИ И КОММУНИСТЫ

III - СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ И КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Личные инструменты